- Сообщения
- 4.590
- Реакции
- 5.049
Картины Николая Глущенко были популярны и в УССР, и в независимой Украине. Они широко представлены в музеях, украшают холлы отелей, модные салоны и приемные частных клиник, но при этом мало кто знает поразительную историю человека, создавшего эти полотна.
Когда начинающему художнику Николаю Глущенко было 25 лет, он уже пережил войну, плен, учебу в Берлине и искал свое место на художественной арене в Париже. А через шесть лет Николай Глущенко стал агентом НКВД под кодовым именем «Художник».
Глущенко родился в 1900 году на Днепропетровщине. В возрасте 7 лет он потерял отца, мать была не в состоянии содержать детей, поэтому отдала сына на воспитание тетке.
Все детство Глущенко рисовал, копировал картины Репина и расписывал иконы, а подростком производил декорации для представлений в местном театре.
В 18 лет Николай Глущенко был мобилизован в армию Деникина, а через год попал в плен и, работая в холодном каменном доме, заболел тифом. В конце концов Николай сбежал из лагеря и, не имея ни денег, ни документов, добрался до Берлина.
В тот момент ему было 19 лет. Через два года, работая грузчиком, прямо на улице Николай познакомился с немецким художником Гансом Балушеком и принял предложение учиться в его частной школе.
Из воспоминаний знакомых и друзей художника у Николая Глущенко известно, что кроме художественного дара, у него был незаурядный талант к изучению языков и умению дружить с нужными людьми.
Художник свободно владел немецким и французским, немного хуже итальянским и испанским, и еще читал со словарем по-английски. Все вместе это позволило Николаю Глущенко окончить Королевскую академию искусств в Берлине, получить финансирование его обучения и путешествий от Владимира Винниченко и стать другом Александра Довженко.
Проведя ряд персональных выставок в Германии, Глущенко переехал в Париж, где прожил 11 лет. За это время он успел жениться, поссориться с Винниченко, который впоследствии стал подозревать Глущенко в двойной жизни, выставить свои картины на Салоне Независимых, выпустить альбом с эротическими литографиями и даже получить собственную монографию авторства француза Анри Пулея.
Но денег молодой семье не хватало, амбиции художника требовали большего, и Николай Глущенко захотел вернуться на родину. Он легко получил советский паспорт и десятки предложений проводить свои выставки в Украине, плюс наконец смог связаться с сестрой и матерью, которых не видел много лет.
Так в 31 год Николай Глущенко стал разведчиком и агентом под кодовым именем «Художник» - такова была цена возвращения в СССР из эмиграции.
Советскую разведку, прежде всего, интересовали художники Михаил Бойчук и Анатолий Петрицкий, с которыми переписывался Глущенко. Также его задачей было наладить отношения с Дмитрием Андриевским, лидером Организации украинских националистов и завербовать в агенты НКВД художника Василия Седляра.
Через Глущенко в 1933 году Георгий Рубисов передал техническому отделу СССР немецкие чертежи авиатехники и моторов.
До возвращения в Советский Союз Глущенко пять лет прослужил разведчиком в Париже. Бдительный Винниченко начал подозревать его в двойной жизни и стал удаляться, опасаясь за себя.
Но привилегии, полученные Николаем за свое сотрудничество с органами, касались прежде всего его творческой карьеры. Выставки его картин проходили во Львове, Харькове и Киеве, он много путешествовал и завязал тесные контакты в Торгпредстве СССР в Париже.
Единственным, чего Глущенко не учел, было то, что страна, в которую он собирался вернуться, очень изменилась.
После возвращения он начал делать то, что получалось у него так же хорошо, как и рисование - заводил связи и знакомился с представителями художественной жизни Харькова. Но репрессии ужесточались, Глущенко начал бояться за свою жизнь и принял решение переехать в Москву.
Его контакты Бойчук, Падалка и Седляр были расстреляны в 1937-м. Сам Глущенко в агентурных заметках проходил, как двойной агент, через которого Бойчук связался с рядом украинских эмигрантов-националистов, поэтому был под подозрением, несмотря на свой статус разведчика.
В 1940 году НКВД предложило Берии отправить агента «Художника» в Берлин для организации выставки «Народное творчество СССР». Выставку посетил Адольф Гитлер, который высоко оценил талант Глущенко, как пейзажиста, и подарил ему альбом репродукций своих акварелей.
По возвращении в Москву Глущенко представил властям подробный отчет, в котором предупреждал о подготовке Германии к войне с Советским Союзом. Отчет был передан в Кремль, и Сталин ознакомился с ним значительно раньше, чем с донесениями разведчика Рихарда Зорге.
Потом началась война, во время которой художник работал активно, как никогда, рисовал людей, войска, окопы, танки и сатирические рисунки, осуждающие фашизм. Сюжетами его картин стали героические битвы с врагом, портреты военачальников и писателей.
А в 1944 году Глущенко переехал в освобожденный Киев.
«За все годы своего творчества я не создал ничего страшнее, чем этюды послевоенного Киева» - вспоминал художник. От Александра Довженко он уже знал, какие ужасы творились в Киеве, знал, что советские военные взорвали Крещатик и Успенский собор, а немцы расстреляли евреев и киевское подполье в Бабьем Яру.
После войны товарищ Глущенко был назначен в комиссию по оценке картин. Это была работа общественного типа, за нее не платили. По сути, нужно было делать оценку картин, изъятых советскими войсками из немецких замков и галерей для дальнейшей продажи.
По словам художника, в Донецке было продано немало картин из Дрезденской галереи, причем покупателями были приезжие из Москвы, которые не афишировали своих имен.
За эти годы Николай Глущенко выслужился и получил новое кодовое имя – «Ярема». Он стал членом правления Союза художников УССР, его постоянно отправляли в командировки в Европу, где он должен был организовывать выставки советского искусства и поддерживать нужные связи в творческих кругах.
Глущенко поражало то, насколько советские руководители ничего не понимали в искусстве.
В своих дневниках он писал, что на выставки абстрактной живописи отправляют работы соцреалистов, хотя в музейных подвалах страны хранятся картины Шагала, Экстер и Кандинского.
Имея, в отличие от большинства коллег, возможность свободно перемещаться по миру, сам художник больше всего любил путешествовать по Украине, бывал на Закарпатье, Полтавщине и в Крыму, увлекался пейзажами страны и восторженно писал этюды Конча-Заспы еще до строительства там современных дорог.
В течение восьми лет, с 1962 по 1970, Николай Глущенко работал над циклом работ «По ленинским местам за рубежом», и получил за эту серию Государственную премию им. Т. Г. Шевченко.
В последние годы секретной задачей Глущенко было активно общаться с Иваном Гончаром, гениальным скульптором, графиком, живописцем, фольклористом и этнографом, обладателем совершенно уникальной коллекции украинского искусства, который категорически отказывался от любого сотрудничества с советской властью, считая ее «московской», оккупационной и антинародной. Это особенно удивительно еще и потому, что, в отличие от Глущенко, Гончар закончил войну офицером-фронтовиком.
Глущенко применил все свои шпионские навыки, склоняя гения к сотрудничеству и предлагая ему экспонировать свою коллекцию и собственные работы в обмен на всевозможные милости Кремля и его местных представителей.
Но это задание органов осталось невыполненным. Гончар ответил, что оставит коллекцию при себе и прекратил общение с агентом КГБ «Яремой».
Умер Николай Петрович в 77 лет от онкологии. Перед смертью он хотел сжечь 250 своих работ 50-х годов, так как, по его мнению, эпоха соцреализма не представила его, как художника. Но ему не дали этого сделать, и работы уцелели.
Он искренне радовался успехам Татьяны Яблонской и даже в день смерти хвалил ее работу «Лен». Именно Яблонская, кстати говоря, вместе с вдовой Глущенко Марией отбирала сотню его картин для посмертной выставки в Москве.
В истории Украины Николай Глущенко остался фигурой противоречивой. Он был скорее советским, чем украинским художником, любил свой край и свою работу и ради комфортного выживания умело приспособился к существовавшей системе. Где-то он смог помочь украинскому искусству выжить, где-то наоборот – закрыл глаза на злодеяния властей.
Первоочередным для Глущенко все же было художественное творчество и возможность выставлять свои работы, а остальное представлялось ему лишь способом достижения цели.
Кстати говоря, альбом с акварелями Гитлера вдова Глущенко передала в министерство культуры Украины сразу после смерти художника, и с тех пор его больше никто не видел.
